Html code will be here

Наш сайт использует куки. Просматривая сайт и его контент, вы соглашаетесь с Политикой обработки персональных данных. Если вы не хотите, чтобы ваши данные обрабатывались, покиньте сайт.
Принять все куки
Close

История термина «сексуализированное насилие»?

В 2019 году в профессиональном кругу специалистов, оказывающих помощь женщинам, пострадавшим от насильственных посягательств на половую неприкосновенность, было принято решение отказаться от термина «сексуальное насилие» и использовать термин «сексуализированное насилие».

Причина такой замены в том, что, говоря о «сексуальном насилии», человек обычно выстраивает сбивающий с толку ассоциативный ряд, замещая преступное действие образами удовольствий сексуальной жизни.

Дискуссия о термине ведется в профессиональном сообществе с 1993 года, а главный диссонанс словосочетания «сексуальное насилие» основан на уравнивании несочетаемых понятий «насилие» и «секс».

Прилагательное «сексуальный» — это понятие, относящееся к половой жизни человека в значении «чувственный», «привлекательный». Ассоциативный ряд, вызываемый этим прилагательным, связан с сексуальными отношениями человека, нормальной сферой его жизни. При этом, в описании проблемы, слово «насилие» перемещается в «серую зону» восприятия, поскольку влияние прилагательного будет «сливаться» с личным опытом человека и ставить знак равенства между понятиями «секс» и «насилие». А это в корне неверно.

Поскольку в обществе по-прежнему нет понимания различий между сексом и насилием, это приводит: к подмене понятий, обесцениванию пострадавших, обесцениванию самой проблемы. Как следствие, правоохранительные органы не выполняют своих функций по защите пострадавших, поскольку «не видят картины преступления». Например, огромное число изнасилований, где насильник знаком с пострадавшей не рассматриваются, как преступления, поскольку в обществе действуют мифы о том, что «муж не может изнасиловать жену», «проституток не насилуют», «дети часто врут о насилии».

Приговоры, смягчающие вину преступника, часто основываются на психологическом воздействии слова «сексуальный» в суде: начинается исследование «особых потребностей» насильника, вектор смещается с преступления на действия пострадавшей, пристально изучается её личная и сексуальная жизнь. Однако, в основе любого насилия лежит лишь один мотив — власть и контроль.

Проанализировав мировой опыт, экспертная группа пришла к выводу, что смыл прилагательного «сексуализированное» помогает в более точном определении сути проблемы: слово не акцентирует на придании чему-либо черт сексуального характера, не усиливает сексуальную направленность чего-либо, а подчеркивает, что в данном контексте речь идёт о преступлении и указании на то, что местом преступления становится тело человека.

Термин «сексуализированное насилие» подчеркивает, что затронута личная граница тела человека. Фокус смещается непосредственно на насилие и говорит о том, какой был нанесён ущерб (физический и психологический).